Doberman-sv.ru

Дом и Быт
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

На что живут фельдшеры скорой помощи

Исповедь фельдшера скорой помощи

Фото: Николай Федоров / «Солидарность»

Елена Каленюк работает фельдшером в Максатихе (Тверская область) уже 27 лет, из них последние девять — на скорой помощи. Она рассказала, как ее чуть не зарубили топором и как добираться до работы, если автобус ходит раз в неделю, о часовой ставке в 34 рубля и о других особенностях труда фельдшера в поселке городского типа в 300 км от Москвы.

СОВЕТСКИЙ “ЦЕЛЕВИК”

Я сама из Максатихи. После школы поступила в медучилище, в 50 км от поселка, мне стипендию платил колхоз, я была, как сейчас говорят, “целевик” (студент вуза, заключивший с предприятием договор, по которому обязан будет отработать на нем несколько лет. — Ю.Р.). Потом меня направили работать в медпункт Пальчихинского сельского поселения. На скорую помощь в Максатиху перевели в 2012 году, когда изменилась политика и фельдшером мог трудиться только фельдшер. Здесь фельдшером была девушка с дипломом акушера — ее перевели в акушерское отделение, а меня сюда.

Работа тяжелая. Во-первых, больные сложные. Сейчас у всех есть интернет, там очень много информации, и люди сами себя лечат. Когда они себя “налечат” — приходится много думать, что теперь сделать и как им помочь. Скандалят. Требуют, чтобы мы быстро доезжали — а как? Мы обслуживаем деревни и в 60 километрах от поселка, проходимость там плохая. Дорога иногда занимает 2,5 часа в один конец.

В смене у нас две машины скорой помощи, и бывает, что вызов поступил, а свободной машины нет. Вот в моей последней смене: перевозим в Тверь роженицу. Ее сначала в роддом отправили, но там карантин по ветряной оспе, ее не приняли — она ветрянкой не болела — и отправили в перинатальный центр. В итоге я выехала из Максатихи в 13.20, а вернулась в 19.30. Все это время оставалась одна скорая помощь на весь район. И такое часто.

Мы на выезды ездим всегда по одному. Если сложные вызовы — тогда второго фельдшера вызываем, когда он свободен. Врачей у нас в скорой нет.

34 РУБЛЯ В ЧАС

В скорой помощи мы работаем сменами. Дневная — с 9 до 20 часов, потом ночь отсыпаемся дома, следующий день выходной, а в следующую ночь выходим с 20 вечера до 9 утра. Еще у меня совместительство в Пальчихе — я там работаю в фельдшерско-акушерском пункте (ФАП), и там свой график.

Сегодня у меня отсыпной день после ночной смены на скорой помощи, и я не имею права выйти на работу в ФАП — это запрещено по Трудовому кодексу. Но я и не смогу. После ночной смены вообще шатает. Но если в скорой у меня дневная смена, то ночью я отсыпаюсь, а днем выхожу в фельдшерско-акушерский пункт. После — опять на смену в скорую, в ночную.

На скорой тяжелее. В фельдшерско-акушерском пункте просто прием веду, это легче. Если больной сложный, то вызываю скорую или врача общей практики.

Зарплата в скорой у меня небольшая. В декабре получила 20 тыс. рублей. Зарплата на полставки в ФАП — 5600 рублей в месяц. Это с высшей категорией и полным стажем работы. Людей в скорой не хватает, многим приходится выходить в дополнительные смены, а в моем случае это невыгодно: я получаю за дополнительную смену 300 рублей.

Я сначала не могла понять: сравнивала с коллегами, у них больше сумма. Потом мне объяснили: это из-за того, что у меня уже есть совместительство, поэтому дополнительные смены оплачиваются по фактически отработанному времени, 34 — 37 рублей за час. Да и потом — когда мне? Жить на работе? Меня дома хотят видеть, надо постирать и покушать приготовить.

(Примечание редакции: такая оплата дополнительных смен — нарушение трудового законодательства, на что обратил внимание прокуратуры и инспекции по труду Тверской обком профсоюза работников здравоохранения РФ. Обе инстанции уже подтвердили, что нарушения есть.)

У нас зарплаты по району практически все ровные, 16 — 20 тыс. рублей. Может, есть и выше, но люди, которые их получают, не афишируют этого, стараются молчать. Я не оставляю ФАП, потому что у меня кредит. Зарплата за работу в скорой помощи практически вся уходит на его оплату: я купила в кредит машину, чтобы ездить на работу. Живу в 15 км от больницы, автобус в Максатиху ходит только по пятницам. Это нам еще везет! В других сельских округах и вовсе раз в месяц.

Раньше автобусное сообщение было получше: автобус ходил по понедельникам, средам и пятницам. Кроме того, соседи ездили на работу в лесхоз, можно было добраться с ними, но теперь они уже там не работают. Они ездили к семи часам, и мне с ними приходилось выезжать в 6:30, а моя работа начинается с 9 утра: где-то это время нужно было прождать.

Иногда брала такси, но это невыгодно. Если дорога хорошая, то еще ничего, а когда портится, то ценник в два-три раза повышается, и в итоге за поездку на работу я платила и тысячу, и полторы тысячи рублей. Мне зачем такое надо?

СЛУЧАИ ИЗ ПРАКТИКИ

Сын к моей работе нормально относится, а мужу не нравится, говорит: “Ненавижу твою медицину”. Пациенты не знают, как 03 вызвать, зато знают, в какие окна стучать. Если что-то случилось — все бегут ко мне.

Вот приезжаю вечером с работы, печку растопила, поставила готовить еду, еще не успела переодеться — уже бегут: “Лен, сходи, посмотри, мамке совсем плохо, ее рвет, она голову не поднимает. Сколько рвет? Со вчерашнего вечера. А сегодня чего не вызвали врача? Так ты ж была на работе, ждали, когда ты придешь!” Ну и что делать? Берешь сумку из ФАП и идешь. Бубнишь, но помогаешь.

Случаи разные бывают практически каждую смену. В этом году мы приехали на вызов, по телефону сказали, что бабушка разбила голову. Бабушке за 80 лет, в этом возрасте голова кружится, давление прыгает, походка шаткая — ну, видимо, упала, ударилась. Захожу спокойно в дом, а в нос бьет терпкий запах алкоголя и свет не включен. Обычно, когда нас ждут — свет везде включают. Почему-то холодильник лежит на полу. Хорошо, что я дальше не пошла. Выходит ее родственник с топором в руке. Он ко мне обращается вежливо, на вы, ни одного грубого слова. Только с топором. И говорит: смотрите, они сзади, еще и вам угрожают! Размахивается — и понеслось. Видения у него были на фоне алкоголя, ему казалось, что на него нападают. Хорошо, между нами холодильник оказался.

Читать еще:  Исправить запись в трудовой книжке

Я выбежала — и нет чтобы вызвать полицию, не знаю почему, но позвала водителя. Водитель с этим родственником пошли на кухню, я захожу в спальню, а у бабушки — скальпированная рана головы. В комнате все перерублено вдребезги, включая мебель. Наверное, счастье бабушки было в том, что мы не ждали полицию. Если бы ждали, то бабушка, наверное, умерла бы. А так она жива по сей день. До меня только на следующем вызове дошло, что тот топор нам в голову мог прилететь и в спину, внутри начало все колотить.

Бывает всякое. В основном оскорбления, что долго едешь. Люди не могут понять, что у нас всего две машины и плохие дороги. Но чаще все же нас встречают приветливо.

Мы все прекрасно понимаем, но что мы сделаем? У нас две бригады в смене всего, и то хотят их сократить. Ходят разговоры, чтобы днем оставить две бригады, а ночью одну. Тогда вообще не знаю, что будет. Вот в Осташихе, куда ехать дольше двух часов, живет мужчина со стенокардией. Вызов частый. Вот представьте, одна машина остается ночью, и я к нему уехала: 2,5 часа туда, 2,5 часа назад, и там не менее 30 минут. Значит, остальные — не звоните.

Статистический провал

Согласно приказу о работе скорой помощи от 2013 года, выездные бригады скорой медицинской помощи подразделяются на врачебные и фельдшерские. Врачебная выездная бригада должна брать на себя наиболее тяжелые вызовы. Она в обязательном порядке включает врача и водителя, а с ними могут быть один-два фельдшера или фельдшер и медсестра. Главный в этой команде — врач, профессионал с высшим медицинским образованием. За 2018 год таких специалистов в «скорой» стало на 534 меньше. Такую статистику предоставил Минздрав. В регионах эти данные опровергли.

«Фактическое число медицинских работников службы скорой медицинской помощи Тульской области растет. Так, в 2017 году в службе работали 65 врачей и 1012 фельдшеров и медицинских сестер. В 2018-м — 69 врачей и 1038 фельдшеров и медицинских сестер. По итогам девяти месяцев 2019 года на «скорой» работают 71 врач и 1099 фельдшеров и медицинских сестер», — заявили в пресс-службе минздрава Тульской области.

Расхождение данных там объяснили тем, что определение «врач скорой медицинской помощи» не охватывает специализированные бригады, в которые входят анестезиологи-реаниматологи, психиатры и другие врачи.

Сами работники тульской «скорой» согласны скорее с федеральными данными.

«В Туле дефицит врачей, из положенных пяти бригад взрослой реанимации дай бог дежурят две-три. Вместо бригады детской реанимации, которых по штатному расписанию две, зачастую ездят обычные педиатры, не имеющие сертификатов детского реаниматолога. А бывает, что в Туле на дежурстве детских бригад вообще нет», — рассказал «Известиям» врач одной из бригад скорой помощи города.

Как же в таком случае растет количество высококвалифицированных специалистов в отчетах? По словам председателя межрегионального профсоюза работников здравоохранения «Действие» и врача скорой помощи Тамары Богдановой, это происходит благодаря «невыездным врачам». «У нас основная масса врачей, которые числятся на скорой помощи, — старшие врачи, заведующие подстанцией, заместители главных врачей, а выездных врачей единицы», — рассказывает специалист.

Сложно сохранять спокойствие

— С какими болезнями приходится сталкиваться чаще всего?

— Сердечные патологии, гипертония. Дети часто поступают либо с травмами, либо с температурой. У людей старше 60 лет распространён инсульт. Хотя болезни молодеют. Если три года назад инфаркты случались в основном у тех, кому за 65 лет, то сейчас сплошь и рядом 30-летние сердечники. Был у меня пациент: в 33 года имел четыре инфаркта. Тяжёлое состояние. Молодеют неврологические заболевания, онкология. Рано появляется сахарный диабет второго типа. Даже дети чаще стали им страдать. У школьников во время экзаменов на нервной почве развиваются патологии: диабет, инсульт. Была на вызове у 16-летнего подростка. Готовился к ЕГЭ, похудел, стал плохо себя чувствовать. Сдали анализы, оказалось, сахар зашкаливает. К 11-летнему ребёнку приезжала: повторный инсульт. Поэтому как медик призываю всех беречь своё здоровье. Плохая экология, стрессы негативно влияют на организм.

— Оставаться спокойным. На вызове могут и обидеть, и оскорбить. Часто это бывает на уличных вызовах. Посторонние не всегда помогают. Например, упала пожилая женщина на улице, сломала шейку бедра. Весит она под сто килограммов, я её физически поднять не могу. Медицинскую помощь окажу, а дальше мне самой нужна помощь. Обращаешься к прохожим, а далеко не все, к сожалению, отзываются. Кто-то мимо пройдёт, а кто-то достанет телефон и начнёт снимать.

Важно не теряться в ситуации, когда вокруг кричат, плачут. Нужно мысленно образовать вакуум, где только ты и твой пациент. И действовать быстро. Представьте, приезжаешь на ДТП, там серьёзные травмы, надо параллельно катетер ставить, обезболивающее делать и зевак с камерами отгонять.

Сложно каждый раз констатировать смерть. Хоть и стараешься не принимать это близко к сердцу, но неволей всё равно проецируешь события на себя и своих близких. Ещё труднее забыть детскую смерть. Самому маленькому моему пациенту было два месяца.

Не всегда помогает реанимация. Самую долгую я проводила в течение 1 часа 45 минут. Это было между Северными мостами в Краснодаре. Мужчина упал на улице без сознания. Сделала реанимацию, поставила капельницу, довезла до стационара, а перед воротами у него полная остановка сердечной деятельности. Вот вроде держишь его, борешься, твои действия помогают ему, а потом он резко уходит.

Интервью с врачом о работе в пандемию

Врач отделения анестезиологии и реанимации № 1 Станции скорой медицинской помощи им. В.Ф. Капиноса Андрей Басков спасает людей с серьезными болезнями сердца. Но во время пандемии в 2020 году не обходилась ни одна смена, чтобы его бригада не попадала на вызов к пациенту с температурой или пневмонией, в том числе и коронавирусной. Врач объяснил 66.RU, из-за чего врачи не бросают свою работу, даже несмотря на трудности и профессиональные риски.

«Гуляющим по Вайнера людям надо показать очереди на КТ». Врач скорой помощи — о работе в пандемию

«Любое призвание забывается, когда нет денег. Я сюда врос, я влюбился в скорую, когда еще был студентом — прошел путь с самого низа, от санитара до врача реанимационной бригады, хорошо знаю эту работу. Мне более-менее нравится график: здесь сутки отработал и свободен. В стационаре ты можешь отработать день, потом остаться на дежурство до утра и потом снова рабочий день. Ну и, если здесь много работать, в принципе, не бедствуешь. Конечно, смотря у кого какие запросы, но на прокормиться хватает. На одну же ставку зарплаты довольно скромные…»

Читать еще:  Счет на гостиницу бланк форма 3 г

«Врачи-убийцы»

— Перестаньте так говорить! Вы все-таки преувеличиваете.

— Нет, я не преувеличиваю. Посмотрите, сколько уголовных дел на пустом месте завел Следственный комитет по малейшему чиху. Посмотрите, как арестовывали врачей зимой, когда врач в поликлинике принял больного, потом больной сел в маршрутку, заснул, уехал куда-то на конечную остановку, и его обратно водитель отказался везти, потому что водитель заканчивал смену. И в этом оказался виноват участковый врач. Дочь написала заявление, и пришли арестовывать врача. Сказали, он не должен был его отпускать. Психбольной, которого коллегиально выписали из психбольницы под наблюдение местного психдиспансера, забил на этот диспансер, не появлялся там никогда, через два месяца совершил убийство. Арестовали врача психбольницы. Не врачей диспансера, арестовали врача больницы. Его потом еле-еле вытащили из тюрьмы.

На самом деле это проблема последнего десятилетия.

— Правильно, потому что оптимизация здравоохранения и «скорой помощи», в том числе, приводит к тому, что у нас нет больше пациентов. У нас клиенты. А клиенты имеют право на все. Как говорят, клиент всегда прав.

То есть нас сознательно рассоривают с теми, кого мы должны лечить, а их — с теми, кто должен нас слушать. То есть у нас сейчас люди по разные стороны баррикад.

Мы не вместе, потому что власть боится, что если мы будем друг с другом ладить, то мы потом на эту власть наедем, на министерскую. Которая, извините, таким занимается, что диву даешься.

Бахилы или жизнь?

Анастасия Мельниченко показала нам изнанку работы фельдшером

Врачи скорой помощи каждый день сталкиваются с вечным спором с пациентами — надевать бахилы, пакеты на ноги или нет. Люди, вызвавшие медиков, порой даже не пускают врачей в дом, пока те не «упакуют» свою обувь в полиэтилен. Но почему медики отпираются до последнего? Должны ли они на самом деле надевать бахилы?

— Это очень интересная тема. Мы приезжаем на экстренные случаи, значит, пациентам нужно срочно помочь. Очень странно, когда еще на пороге нас останавливают и просят надеть бахилы. Я могу надеть их. Но эти , которые я потрачу, могли спасти жизнь вашего же близкого человека. Сами представьте, надену я бахилы, осмотрю пациента, а мне потребуется еще аппаратура. Мне придется еще раз спускаться к машине, потом подниматься и что, снова натягивать бахилы? Это время. А если пациент задыхается, например? — рассказала Анастасия Мельниченко. — По приказу мы обязаны надевать бахилы, если их нам предоставят родные пациента. Причем речь идет именно о бахилах, а не о пакетах. Но медикам нужно заботиться еще и о себе. Пациенты бывают агрессивные. Иногда страшно надевать бахилы, думая, что тебя сейчас ударят по голове.

Врачи понимают опасения людей, поэтому нередко идут навстречу: просят загибать ковры, вытирают ноги перед тем, как зайти.

Комментарий Валентины Белецких:

«До 15 мая должны были выплатить за апрель, на самом деле этого не случилось. Мне смс-ка о начислении 6632 рублей пришла 18 мая. Второй фельдшер получила 9 тысяч с копейками, третий — 13 тысяч, четвертая — 19,5 тысяч. Ладно я была недолго в отпуске, но остальные три фельдшера работали практически одинаково. Так почему такая разница в доплатах? При том, что федеральная доплата фельдшеру должна быть 25 тысяч рублей, не говоря уже о региональных. Не понятно, что это за деньги пришли — региональные или федеральные? В зарплатном квитке они тоже не указаны».

Региональная доплата, как объяснили медикам, должна составлять 40% от средней их зарплаты за 9 месяцев. Но если фельдшерам хоть что-то заплатили, то водители, по словам Валентины, вообще, остались без доплат. Хотя тоже должны были получить 25 тысяч — так президент говорил.

Также фельдшер «СССМП» заверила, что никаких дополнительных соглашений на работу с «ковидными» больными она не подписывала — просто потому, что никто и не предлагал. Поначалу медики были уверены, что на скорой создадут спецбригаду специально для таких вызовов.

Женщина на крючке. Кошачья месть

Вызов. Нас встречает супруг пострадавшей: «Сейчас, в общем, сами все увидите». С напарницей заходим в комнату, видим картину: на корточках, облокотившись о батарею спиной, сидит женщина.

— Кота гоняла. На стол запрыгнул, побежала его выгонять, споткнулась, упала и спиной на батарейный крюк села. Встать пыталась — не вышло. Благо, хоть пульт от телевизора рядом был. Включила. Смотрю. Два часа уже так телевизор смотрю. Муж вернулся, вызвал вас.

Осмотрели спину пациентки. Как выяснилось, крюк от старой батареи полностью вошел под кожу на спине. Снять невозможно — женщина не маленькая. Вызвали МЧС. Сначала думали батарею распилить. Но идею отмели — нагреется и к травме добавится ожог. В итоге мы ввели женщине обезболивающее, спасатели взяли ее под руки и сняли с крюка. Доставили в городскую больницу в стабильном состоянии, передали врачам приемного покоя. Они при нас осмотрели рану. Пациентке повезло — крюк не зацепил мышечный корсет, повредив лишь кожные покровы. Рану ушили, история закончилась хэппи-эндом.

Фельдшер из Уссурийска делится реальными случаями из практики. Фото: https://www.instagram.com/anya2493

«Было все: и трупы, и буйные». Бобруйский фельдшер скорой помощи рассказала о своей работе, которую очень любит

Виктория полтора года работает фельдшером на скорой, окончила Бобруйский медколледж.

– Никто не заставлял меня идти работать именно на скорую, – говорит она. – У нас был свободный диплом, я могла пойти, например, в помощники врача в поликлинику. Но это кабинетная работа, не для меня.

Медициной девушка заинтересовалась случайно: волею судьбы попала в команду медиков Бобруйской центральной больницы по волейболу, которая готовилась к спартакиаде.

– Мне было с ними так интересно, так весело! – вспоминает она. – Такой дружный коллектив, такие интересные истории они рассказывали. Я и не заметила, как сама стала смотреть медицинские сериалы, увлеклась.

Как устроена работа фельдшера?

Фельдшер входит в состав бригады, которая ездит на вызовы. Виктория, к примеру, работает в бригаде интенсивной терапии. Именно она выезжает по вызовам на ДТП, по поводу сердечных заболеваний, анафилаксии (аллергической реакции) и т.д. В такой бригаде работают врач и два фельдшера.

– Реанимировать проще и эффективнее, когда больше рук, – поясняет Виктория.

Если фельдшер работает на ставку, то график такой: сутки на работе, трое – дома (один отсыпной, два выходных). Если работать на полторы ставки, то это сутки работы и двое суток дома. Еще можно работать по 12 часов. Виктория предпочитает сутки.

– Хотя после своих самых первых суток я спала 20 часов, – вспоминает она.

Читать еще:  Служба по контракту в армии условия приема

Между вызовами медики находятся на подстанциях скорой помощи (их в городе три). Там же хранятся оборудование и медикаменты, стоят спецавтомобили. Кстати, спать на подстанциях ее сотрудникам запрещено. Просто отдыхать – можно. Но даже если ночью вызовов нет, то спать все равно нельзя. Эта работа, по словам Виктории, без права на сон.

Сколько обычно длится вызов?

– Минут 20-40, – отвечает собеседница, – но бывает, что во время тяжелых случаев мы стабилизируем пациента и час, и два, и три. Получается, что одна бригада в таком случае на три часа «выпадает» для остальных вызовов.

Фото из архива «ВБ» используется в качестве иллюстрации.

Что запомнилось больше всего за полтора года работы

– Было все: и трупы, и буйные, – говорит о своей работе и пациентах фельдшер Виктория.

Запомнился ей первый вызов на анафилактический шок:

– Он наступил у пациентки после того, как в домашних условиях ей укололи антибиотик. Был очень высокий риск того, что женщина не выживет, счет шел буквально на секунды. К счастью, успели стабилизировать и доставить в больницу. Она еще долго была в реанимации, но выжила.

Запомнился фельдшеру и первый труп на работе: пожилые люди вызвали скорую своему сыну-инвалиду. По телефону сказали – потерял сознание.

– Мы приехали, в квартире стоял специфический запах. Человек, видимо, к тому моменту был мертв уже несколько дней. А они нас спросили: так что, вы делать ничего не будете? А там уже явные процессы разложения начались!

«Больные вопросы» на работе

– Претензии пациентов по поводу того, что скорая едет долго. Это очень больной вопрос, – говорит Виктория. – Ведь у нас есть четкая, отлаженная система приоритетов. Если есть аритмия, которая может ждать, и есть сложный случай на ДТП, нас, конечно, отправят на ДТП, а на аритмию поедет первая освободившаяся бригада.

«Водители экстренной службы – профессионалы. И медиков доставят к пациентам настолько быстро, насколько это возможно».

Необоснованные вызовы, когда помощь скорой не требуется – еще один больной вопрос. Виктория приводит примеры: бригаду могут вызвать потому, что пациенту утром на приеме у врача понадобится кардиограмма, а он ее забыл сделать. Или потому, что закончилось лекарство, и нужно выписать рецепт («Скорая не выписывает рецепты!»). Или просто с просьбой «довезите меня до больницы» (в качестве бесплатного такси).

Водитель детской реанимации Валерий Максимов привез маленькую пациентку для обследования на компьютерном томографе. Фото из архива «ВБ» используется в качестве иллюстрации.

– Однажды мужчина в сильном алкогольном опьянении вызвал нас и просил выдать справку, что он не сможет завтра пойти на работу, – рассказывает фельдшер. – Пришлось ему объяснять, что единственная справка, которую выписывает скорая – это посмертный эпикриз.

Транспортировка пациента, когда человека нужно нести на носилках в машину, тоже бывает проблемой.

– Для качественной транспортировки нужно, как минимум, четыре человека, а нас только трое. Не всегда в бригаде бывают мужчины, водитель вообще не имеет права покидать автомобиль. Приходится просить о помощи родственников, и иногда бывает неадекватная реакция. Нам говорят: а почему мы должны в этом участвовать, это ваша обязанность, – рассказывает Виктория.

Кстати, если пациент очень тяжелый, и физически доктору и фельдшерам его никак не поднять, медики могут обратиться за помощью в МЧС.

– И, конечно, бахилы! – озвучивает фельдшер еще одну «больную» тему. – Мы без проблем наденем их, если речь идет о случае, когда жизни пациента ничто не угрожает. Но меня поражает, когда в экстренном случае нам некоторые родственники про это напоминают. Когда речь буквально идет о жизни и смерти!

Самое приятное в этой работе

Отдача и благодарность пациентов. Виктория чувствует, что действительно делает нужное и полезное дело:

– Обычно медиков не вызывают, когда хорошо. Вызывают, когда плохо, больно, страшно. А ты делаешь укол, и человеку становится легче. Или делаешь все возможное, чтобы стабилизировать пациента и доставить его в больницу, где есть все для дальнейшего лечения – оборудование, медикаменты, условия.

Кроме этого, Виктория очень любит своих коллег:

– В бригаде чувствуешь себя «маленьким винтиком» в большом отлаженном механизме.

Фото: Александр ЧУГУЕВ, из архива «ВБ», используется в качестве иллюстрации.

Пациентов жалко?

Виктория признается: раньше жалела каждого пациента, и работать было тяжелее. Сейчас она уже не принимает так близко к сердцу все, что происходит на работе.

– Если все брать к сердцу, можно очень быстро дойти до профессионального выгорания, – говорит собеседница. – Все эти переживания приведут к проблемам дома, в семье. А кому от этого будет легче?

Но по-прежнему фельдшеру тяжело приезжать на вызовы к онкологическим пациентам, к неизлечимо больным детям, видеть их страдания, боль. А главный страх – увидеть детскую смерть. С таким Виктория пока, слава богу, не сталкивалась, потому что морально не готова.

Дистанционное обучение в medicaledu.ru

Обучение на курсах medicaledu.ru организовано следующим образом. Слушатель получает персональный доступ к порталу, где содержатся необходимые учебные материалы и тесты для самопроверки знаний.

Программы обучения:

  • Повышение квалификации для фельдшера скорой и неотложной медицинской помощи
  • Повышение квалификации для фельдшеров(лечебное дело)

Условия поступления

  • Прием на курсы осуществляется на основании документов об оконченном высшем медицинском образовании;
  • Документы можно подать в электронном виде;
  • Все взаимодействие с университетом по вопросам обучения
    медицинского персонала также осуществляется в удаленном формате,
    что особенно важно в период карантинных мероприятий;

Заработная плата

Уровень заработной платы зависит от специализации, направления деятельности, наличия/отсутствия диплома о медицинском образовании. В целом доход акушеров определяет их активность, ведь некоторые специалисты ведут прием клиентов, наполняют страницы в социальных сетях, получая гонорары за рекламу и марафоны. Гуру в сфере питания наиболее востребованы в крупных городах.

ВНУТРЕННЯЯ ПОТРЕБНОСТЬ

Сейчас общество обращает особое внимание на работу врачей, которые не щадят себя в стремлении помочь пациентам. Психолог, гештальт-терапевт Ольга Маркиянова объясняет это особым внутренним складом людей, которые идут в эту профессию.

Она назвала профессию врача «адреналиновой».

Специалист подчеркнула, что сейчас как никогда самомотивация у врачей перевешивает собственную безопасность. Возможно, им гораздо важнее участвовать в гуще событий, чем с чувством вины находиться в изоляции.

Московская областная станция скорой медицинской помощи является одной из крупнейших на территории РФ и включает в себя 53 подстанции и 80 постов. На выездах ежедневно задействовано более 500 бригад скорой помощи и около 450 неотложек. Здесь работают 885 врачей, 4168 фельдшеров, медицинских сестер/братьев, 2687 водителей.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector